Вот, например одно из последних событий на данном рынке. Следственным отделом по Красногвардейского зоне завершено расследование уголовного дела по обвинению криминальной группы, которая занималась квартирными мошенничествами. В формула группы  входил сотрудник милиции. По сообщению пресс-занятия СУ СКП по Петербургу, перед судом вместе организаторами преступлений предстанет и, зам начальника 87 отдела милиции УВД по Всеволожскому району Ленинградской области Сергей Бледных. Следствием установлено, что с 2008 года по 2009 год жертвами преступников делались лица из числа социально незащищенных граждан. Сергей Белоснежных, являвшийся на тот момент участковым уполномоченным 75 участка милиции УВД по Невскому зоне, как раз  и предоставлял подельникам списки таких людей.Затем жертв вывозили на съемные квартиры, где содержали против их воли. На счету данной преступной группы шесть происшествий квартирных мошенничеств, четыре эпизода внебрачного удержания граждан, один – похищение человека. Комментировать данную ситуацию сложно как раз по причине участия в ней сотрудника милиции. То кусать тот человек, который должен был по всем законам охранять нас, все делал с пунктуальностью до наоборот. И, использовав свое служебное положение, фактически служил наводчиком у  бандитов. Сходные случаи, к сожалению, не единичны. В Московской области группа плутов «работала» под видом судебных приставов, в Москве приговорен за квартирные махинации помощник вершины сельской власти. Не остались в стороне от квартирно-преступного бума  и врачи – в Москве, Нижнем Новгороде, Ульяновске – идут процессы, стесненные с присвоением психиатрами квартир своих больных. По многим квартирным процессам в качестве свидетелей или соучастников проходят работники службы жилищных услуг, социальные работники. А сводки происшествий порой походят на фронтовые сводки. Май 2010, Москва – заторможена банда «черных риэлторов», которые под опасностью физической расправы заставляли отпираться людей от своих квартир. После того, как они подписывали документы, их отвозили в районы России. Сегодня известно уже о шести потерпевших. И это только те, кого уродилось найти живыми. На их счету могут быть десятки пропавших без слуха москвичей. Ярославль. Шесть уголовных дел – обвиняемая одна – Татьяна Монахова, «сатана в дамском обличье», как ее называли потерпевшие. Пострадавшие – пенсионеры, нетрудоспособные, молодые семьи и дети-сироты. До сих пор ей удается избежать ответственности, поскольку в любом случае она прикрывалась очередной беременностью. У нее пятеро дитяти. Бурятия, декабрь 2009 года обречены «черные риэлторы», убивавшие граждан из-за квартир. На их совести жизни шести человек. Санкт-Петербург. 2007 год. Шайка Плескова. 9 убийств, одно приготовление к смертоубийству, 6 похищений людей, 19 эпизодов мошенничества. Достаточно?  Но самое некрасивое в этих делах – это по мнению следователей – это куча добровольных помощников – неглубоких чиновников, милиционеров, которые не глядя устанавливали нужную подпись или подсказывали «верную» квартиру. Продолжать копия злодеяний « банд черных риэлторов» можно бесконечно. Но в данном списке будут только раскрытые дела, большинство же остается безвестными. Все раскрытые дела, уверены оперативники, это капля в море. Так в том же случае с бандой Плескова, по теориям следователей, группировка отобрала у граждан и перепродала около сторублевки квартир. Итак, проблему  в целом мы описали. В стране по-прежнему действуют банды «черных риэлторов». Причем только лишь немногие дела становятся известны правоохранительным органам. Зачастую их обнаруживают благодаря случайным обстоятельствам или сетованиям родственников пропавших владельцев квартир.  То есть реальная статистика похожих преступлений неизвестна и  масштабы преступной деятельности может быть превосходить официальные цифры на порядки. Причем с  годами практически ничего не переменяется. Вспоминается одно из первых нашумевших дел такого рода у нас в городе. Тогда члены банды «санитаров леса», как они себя именовали, имели наглость утверждать, что они, дескать, помогают городу избавиться от антисоциальных частей – алкоголичек, наркоманов, психически больных людей. И сегодня ничего не видоизменилось. По мнению   заместителя заведующего адвокатской фирмой    «Юринформ Центр» Александра Петренко «группа риска» в цельном осталась та же. Правда в последнее эпоха в нее стали входить и просто одинокие  пожилые люди. Позиция государства по касательству к этим людям также осталось прежней – государство просто не хочет  не видеть ни  их, ни их вопросов. Могут ли они как-то защититься самостоятельно от угрожающей им опасности? По мнению Александра Петренко, люди из группы риска фактически осуждены и  никаких шансов на независимую защиту у них нет. Единственный вариант относительной безопасности им могут снабдить родственники, если таковые есть. «Пусть родственники даже переоформят квартиру на себя, но, по крайней мерилу, они хотя бы сохранят жизни данным несчастным,- считает Александр Петренко, – ну или, в крайнем случае, пусть отнимут  у них паспорт, и почаще навещают. Других вариантов защиты фактически нет». Как думает генеральный директор агентства недвижимости «Динас» , вице-президент «Гильдии Риелторов» Юрий Сергеев, люды из группы риска патологически недоверчивы, но лишь по отношению к нормальным людям. А вот «своим» подобным же алкоголикам и наркоманам  они доверяют. И этим самым подмахивают себе приговор, поскольку ни один разумный совет они просто не будут слушать. Потому ни защититься они не могут, да и заступиться их самих без их желания невозможно. Несколько иначе запрашивать цену ситуацию адвокат, директор компании «Адвокат-Недвижимость» , председатель комитета по правовым проблемам Ассоциации риэлторов Санкт-Петербурга Сергей Слободянюк. «Мое суждение, каждый сам выбирает свой путь. Попадают в такие ситуации в главном лица, которые безразлично относятся к своему будущему. Самый генеральный вопрос таких «сделок» – это вопрос к самим пострадавшим. Спасение утопающего дело рук самого. Если людям важнее наркотик (водка и т.д.) чем их жизнь, государство не может быть за каждым уследить и спасти. Иное дело с пожилыми людьми. Можно порекомендовать им, прежде чем что-то делать и подписывать, надо проконсультироваться у юриста. К раскаянию чаще жалуют люди, когда уже сложно что-то изменить. Я читал приговор суда, по которому правонарушители в сговоре с нотариусом завладели порядка 30 квартир. Дарили пожилым людям бытовую технику и якобы за приобретение техники просили расписаться. Фактически потерпевшие расписывались в договорах купли продажи и реестре нотариуса. Некоторые из них, я размышляю, до настоящего времени не знают, что они не владельцы квартир. Люди, попавшие в такие ситуации в генеральном юридически не грамотные и далеки от понимания процесса оформления сговоров с недвижимостью. Обращаются за юридической помощью только после того, как все уже произошло. Сговор оспорить очень сложно, в основном только спустя возбуждение уголовного дела. В гражданском процессе квартиры в подобных условиях возвращаются редко. (Причина та же – юридическая безграмотность, а так же отсутствие денежек на оплату услуг грамотного юриста.) Очень часто этакие квартиры перепродаются несколько раз и их возвратить вообще невозможно». Мда, «спасение утопающих дело рук самих утопающих». Дискуссионное утверждение. Но одной стороны, это действительно так.  Ведь если человек на самом занятии не хочет чтобы его спасли, то никто ему не поможет, в том числе и государство. Но с противоположный стороны -  ни в одной развитой стране мира подобного безразличия к своим гражданам, мне не попадало, как, впрочем, и подобного «квартирного бизнеса». В той или другой степени страна все же защищает своих, пусть даже и не слишком ответвленных и психически нормальный граждан. А может ли наше государство предпринять какие-то шаги в этом направлении? Как считает Юрий Сергеев, законы у нас для данного есть. Все дело в их неукоснительном следовании и неотвратимости наказания, если закон все же нарушен. Тот же участковый Сергей Бледных, который был наводчиком у банды «грязных риэлторов» по закону должен был защищать пострадавших. Социальные работники должны бывальщины помогать. А у нас так получается далеко не всегда. По суждению Сергеева, подобные должностные преступления «должны наказываться жестче, а наказание  соответственно быть неизбежным и совершенно «не условным». А внутренний надзор за органами милиции должен быть реально жестким». По мнению Александра Петренко «условие с людьми из группы риска можно было важно изменить, если бы подобные люди стояли на учете, а сделки бы прочерчивались только с разрешения органов опеки. Или можно ввести обязательное страхование сговоров, тогда преступники попросту не смогут их проводить». Сергей Слободянюк полагает, что наилучшая защита в таких происшествиях – это обращение в сертифицированные фирмы недвижимости. По словам президента Санкт-Петербургской комнаты недвижимости (СЗПН) Дмитрия Щегельского ситуацию мог бы починить закон об агентской деятельности – в этом случае преступление просто бы не имел доступа к рынку недвижимости. Как видите, наши знатоки достаточно разнопланово оценивают сложившуюся ситуацию. Но, тем не менее, выходы из нее все же кусать. Правда, для того чтобы их использовать, опять же необходима политическая воля и желание властей направить в этой области порядок и защитить своих же граждан. Увы, пока такой воли мы не испытываем. Причем  страдают от этого не только бывшие владельцы квартир, но и нормальные покупатели жилья, каким преступники перепродают затем эти квартиры. Могут ли желая бы добросовестные приобретатели, как называет их закон, предохраниться в подобных ситуациях? Об этом мы поговорим в соблюдающем материале о «черных риэлторах».   Сергей Уткин, Restate.ru